Uncategorized

Kopsakarības zinātnes centrā „Tehnoannas pagrabi”

Bieži vien mēs, tie, kuriem radās ideja un kuri veidojuši zinātnes centru „Tehnoannas pagrabi”, neaizdomājamies, kāpēc esam darījuši vienu vai otru lietu. Pēc daudzu gadu aktīva darba (šogad „Tehnoannas pagrabi” „svin” 25 gadu jubileju), saņēmuši  daudz labu atsauksmju no apmeklētājiem (toreiz – bērniem) tālajos 1995 – 20… gados un tagad no viņiem jau vecāku statusā, ir patīkami redzēt, ka mūsu darbam ir rezultāts.

Atmiņas un aizrautīga darbība savā profesijā liek raudzīties apkārt un vērot, kā citur uz zemeslodes ir realizējusies ideja par izglītības procesa popularizēšanu un pasniegšanu interaktīvā formā.

Šoreiz piedāvājam vienu raksta fragmentu oriģinālvalodā (skat. zemāk)no žurnāla «Техника Молодежи» (1972, nr. 6)par Saistošās zinātnes namu (Дом занимательной науки ) Pēterburgā (toreiz Ļeņingradā), kurš darbojās 1930tajos gados līdz Otrajam pasaules karam. Apbrīnojamas ir vairākas lietas, kas mūs cauri gadiem satuvina saturiski, metodoloģiski un interaktīvajā darbības veidā:

  • arī mēs esam iespaidojušies no rakstā pieminētā Jakova Perelmaņa – caur viņa grāmatām (skat. 1.att.). Jāpiebilst, ka vēl arvien „iemetam aci” arī zinātnes centra „Tom Tits Experiment” (Zviedrijā) metodiskajos izdevumos.

 

  • ~80% eksponātu ir aiztiekami, ar tiem var darboties, ar to domājot – spēlēties – šī vārda visnopietnākajā un nozīmīgākajā izpratnē: cilvēka izaugsmē par CILVĒKU. Te būtu vieta atcerēties spēļu teorijas nozīmi kaut vai pasaules ekonomikas procesā. Bet – neaiziesim no pamattēmas – par sakarībām (par spēles teoriju vairāk varat uzzināt no grāmatām 2., 3.att., arī šeit: https://www.apollo.lv/4758930/nobela-premiju-ekonomika-sanem-par-spelu-teoriju).

 

  • turpinot par sakarībām. Tā nu ir sagadījies, ka zinātnes centra „Tehnoannas pagrabi” vadītāja sievastēvs ir Ilgonis Bērsons, un – kā par brīnumu – viņš ir literatūrzinātnieks! Kāpēc brīnums? Tāpēc, ka pašlaik zinātnes centru ekspozīcijas pasaulē ir aizklīdušas tehnoloģiju popularizēšanas virzienā, aizmirstot humanitārās zinātnes. Mūsu zinātnes centrā jau no pirmajām ekspozīcijām lietas un parādības esam apskatījuši plašāk – arī no mākslas, vēstures, literatūrzinātnes utt. viedokļa. Un pārsteidzoši, ka minētajā Saistošās zinātnes namā jau 1930tajos gados bija plānots atvērt valodniecības nodaļu! Nepaspēja.

Ko varam ieteikt? Spēlējieties – gandrīz vienmēr, gandrīz visur – jebkurā vecumā! Tas dod mums iemaņas labāk piemēroties dažādām dzīves situācijām, piemēram – šim – 2020. gada pavasarim.

Šoreiz – spēļu sakarā – iesaku apmeklēt:

  • Tartu Rotaļlietu Muzeju (Tartu Mänguasjamuuseum);
  • Pollock’s Toy Museum Londonā;
  • Toy Museumof Catalonia in

Alvis Balodis, zinātnes centra „Tehnoannas pagrabi” vadītājs

 

Un nu – solītais raksta fragments (4.att., ar precizējumiem no interneta):

«Дэ-Зэ-эН!» В 30-е годы любой из ленинградских мальчишек знал, что кроется за этими загадочными буквами. Для ребят он был подлинным «храмом очарований» – Дом занимательной науки. Кто знает, сколько нынешних инженеров и ученых сделали в его стенах первые шаги по бесконечной дороге познания мира?

Будущий ДЗН зародился в маленьком павильончике в парке культуры и отдыха на Елагином острове [ 1934], а позже [15 октября 1935 г.] открылся в Шереметьевском дворце на Фонтанке 34.

В середине 30-х годов создателями ДЗН были ученые, литераторы, художники, столяры, специалисты самых различных областей, которых сумел объеденить Виктор  Александрович Камский. Его роль в создании Дома нельзя выразить какой-либо метафорой, также как роль замечательного популяризатора Якова Исидоровича Перельмана, он на самом деле был непрестанно пульсировавшим мозгом ДЗН.

В музее насчитывалось свыше 500 крупных экспонатов и множество мелких Все они были сгруппированы в 6 отделах. Планировался зал занимательного языкознания.!!!

Экспонаты, по глубокому убеждению Перельмана, должны быть доступны посетителю, их можно трогать, рассматривать со всех сторон, вникать в их устройство, наглядно видеть их конструкцию и осмысленно с ними работать. У экспонатов и приборов не должно быть категорических надписей: «Руками не трогать!»

ДЗН работал вовсе не с последними достижениями науки и техники. Он мог их использовать в своей аппаратуре, мог даже порой блеснуть, не вдаваясь в объяснения, какой либо разительной новинкой.

ДЗН имел дело прежде всего с азами наук. Его руководство («мозговой трест») твердо придерживалось одного правила. То, что все мы должны бы усваивать в качестве «корня учения» в младших классах школ, мы иногда просто не усваиваем. А еще чаще – скоро забываем. Метод ДЗН был – освежить это начальное знание в головах взрослых и закрепить его в памяти ребят «сажая в лужу профессоров».

Разумеется, подлинные большие ученые, побывав в ДЗН, умели по достоинству оценить своеобразную работу по введению в самые различные области знания, по прививке первых научных интересов.

29 июня 1941 года музей был закрыт. Сотрудники ушли на фронт. Во время ленинградской блокады экспозиция, по всей видимости, была полностью уничтожена.

«Хорошо было работать в ДЗН. Хорошо утром приходить еще до открытия, чтобы либо самому приготовиться к первой экскурсии, либо посмотреть, как к ней готовится экскурсовод. Хорошо было, заглянув в кабинет Камского, увидеть его уже там, бодрого и подтянутого…»

По мотивам статьи Лева Успенского в журнале «Техника Молодежи», № 6, 1972, с.34. и из интернета.

 

 

#pedagoģija #izglītība #spēle #metodika #zinātnescentrs #riga #latvia #slavenības